Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН. 1957-2007 - Аношин Г.Н. Геохимия, аналитика, шахматы (стр.119-124)
 Навигация
 
Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН
Десант романтиковВОСПОМИНАНИЯ 
 
Десант романтиков 

Г.Н. Аношин
ГЕОХИМИЯ, АНАЛИТИКА, ШАХМАТЫ

Из всех впечатлений моей жизни, среди которых стоит выделить путешествия и работу в таких экзотических местах, как Камчатка, Курильские острова, Сахалин, Приморье, Алтай, в том числе Горный Алтай, Кавказ, Карпаты и другие места нашей Родины, а также Исландия, Канарские острова, остров Св. Елены, Тристан-да-Кунья, одним из ярчайших является учеба на геологическом факультете Московского университета в 1955-1960 годах. В это время мне удалось получить фундаментальные знания практически по всем естественным дисциплинам, но особенно по химии и физике и, конечно же, по основным дисциплинам геохимического цикла (геохимии, минералогии, кристаллохимии и кристаллографии, петрографии), что стало основой моей 44-летней научной деятельности. Не только учеба, а все пять лет жизни в прекрасном общежитии МГУ до сих пор хорошо сохраняются в памяти и являются незабываемыми.

1955 год. Всего десять лет прошло после Великой Отечественной войны, многие раны которой еще не были залечены и хорошо ощущались в моем родном городе Орле. По завершении многочисленных экзаменов передо мной встал очевидный вопрос - куда поступать? Сразу же отмечу, что моя школьная жизнь была очень тесно связана с шахматами. Научившись играть в одиннадцать лет, я был ими очарован и полностью захвачен и к окончанию школы достиг существенных успехов: был дважды чемпионом Орловской области и г. Орла среди взрослых, входил в сборную РСФСР среди юношей, являлся чемпионом СССР среди юношей (в составе сборной команды РСФСР) и т.д. Поэтому естественно, что мне хотелось вместе с учебой в вузе продолжать занятия шахматами. После некоторых приключений я собрался поступать в МГУ, где шахматы были очень популярны, сначала на физический, а чуть позднее - на геологический факультет. Последнее решение было принято после встречи с Андреем Бриллингом, который был энтузиастом и организатором всего спорта на геолфаке и который буквально "за руку привел" меня в приемную комиссию геологического факультета. Причем мне надо было сдать за десять дней шесть экзаменов, чтобы успеть на очередной чемпионат СССР в составе сборной России. К приемным экзаменам готовился тщательно. В результате сдал их, получив лишь одну четверку по сочинению, а по всем остальным пяти предметам - пятерки, и был зачислен на первый курс геологического факультета МГУ, с общежитием.

В школе многие предметы мне давались достаточно легко, но любимой была химия. Поэтому безо всяких колебаний основным предметом своей будущей специализации я выбрал геохимию, которая даже по своему названию стоит на стыке геологии и химии и базируется на фундаментальных химических законах. Но если бы меня спросили, мечтал ли я с детства о геохимии, то я бы покривил душой, сказав "да". Конечно же, не мечтал. Поступая в 1955 году на геологический факультет МГУ, я был хорошо знаком с именами академиков В.И.Вернадского и А.Е.Ферсмана. Например, научно-популярные книги последнего: "Занимательная геохимия", "Очерки минералогии и геохимии" и другие мне были хорошо известны. Отмечу, что кафедрой геохимии МГУ со дня ее основания (декабрь 1952 года) бессменно в течение 23 лет руководил ученик и ближайший соратник академика В.И.Вернадского академик А.П.Виноградов, имя которого было окружено различными слухами и легендами. Еще бы, он, Герой Социалистического Труда (1949), лауреат Ленинской премии (1934), Государственных (в то время Сталинских) премий (1949, 1951), Депутат Верховного Совета СССР (1951-1955) и, наконец, директор почти легендарного института, находившегося недалеко от нового здания МГУ - Института геохимии и аналитической химии (ГЕОХИ) АН СССР. До нас, студентов геохимического отделения геолфака МГУ, доходили слухи о том, что работы А.П. (так его часто называли сотрудники и коллеги) как-то были связаны с работами по созданию атомной бомбы, проводившимися под руководством академика И.В.Курчатова. И это несмотря на строжайшую секретность, поскольку это был 1955 год, то есть прошло всего два года после смерти И.В.Сталина. Впоследствии нам стало известно, что А.П.Виноградову принадлежали выдающиеся заслуги в становлении атомной и редкометалльной промышленности нашей страны. И поэтому совсем не случайно А.П. был активным участником первых международных конференций по мирному использованию атомной энергии (Женева, 1955, 1958).

Встреча с А.П. состоялась осенью 1955 года, когда я, будучи студентом первого курса, работал на кафедре геохимии и занимался процессами пробоподготовки для целей абсолютной геохронологии. Ко мне подходит невысокий человек с очень умными и проницательными глазами, в строгом темном костюме со звездой Героя Социалистического Труда, которая очень эффектно смотрелась, в сопровождении довольно основательной свиты (отметим, что так было практически всегда) и спрашивает: "Кто Вы и чем занимаетесь?" Я в страшном смущении ответил, что являюсь студентом первого курса, собираюсь стать "чистым" геохимиком, имея в виду, что после второго курса собираюсь специализироваться именно по специальности "геохимия". Отметим, что общую подготовку на геохимическом отделении геолфака МГУ на первом-втором курсах проходили наряду с геохимиками и другие студенты: минералоги, петрографы и кристаллографы, которые получали фундаментальную подготовку по неорганической и аналитической химии, что впоследствии мы оценили уже в процессе работы. В данном же случае я очень тщательно истирал пробы в агатовой ступке для последующего изотопного анализа на масс-спектрометре для целей абсолютной геохронологии. А.П. сказал мне несколько ободряющих слов и в том числе отметил, что эта стадия пробоподготовки является очень ответственной в аналитическом процессе в геохимии. Только впоследствии я понял всю глубину этих слов. Как показывает весь мой жизненный и научный геохимический и аналитический опыт, без особо тщательной пробоподготовки использование высокочувствительных и прецизионных физических и физико-химических методов не дает желательного эффекта. Собственно говоря, именно эта первая личная встреча с А.П. предопределила на всю последующую жизнь мои научные увлечения и специализацию, которую мы именуем как "аналитическая геохимия".

В становлении и развитии геохимии - "науки ХХ века", по выражению великого В.И.Вернадского, роль выпускников кафедры геохимии и других кафедр не только геологического факультета, но и других факультетов МГУ, и в первую очередь химического и физического, представляется мне очень весомой.

Ярким незабываемым воспоминанием о нашей учебе в МГУ были лекции А.П.Виноградова. Мною использовано построение лекций А.П. по общей геохимии в своих лекциях по курсу "Общая геохимия", читавшегося студентам геолого-геофизического факультета Новосибирского государственного университета в 1987-2000 годах.

Мне бы очень хотелось вспомнить добрыми словами в разное время бывшими заместителями А.П.Виноградова: К.К.Жирова и профессора М.Г.Валяшко, который с третьего курса был руководителем моих курсовых, а затем и дипломной работ. Константин Константинович Жиров долгое время был душой многих студентов, занимавшихся геохимией магматических пород и абсолютной геохронологией. Это был яркий, веселый и живой человек, с которым работать и общаться было крайне просто, и поэтому он пользовался популярностью у студентов.
 Г.Н.Аношин
Сложная ситуация. Слева - Г.Н.Аношин

Во время учебы в МГУ я ни на минуту не прекращал заниматься шахматами и в апреле 1958 года, заканчивая третий курс, в полуфинале первенства Москвы перевыполнил норму мастера спорта СССР по шахматам и, таким образом, стал не только первым в истории МГУ шахматным мастером, но на тот период самым молодым мастером по шахматам в СССР, да к тому же вышел в финал первенства Москвы, который был полуфиналом первенства СССР. Вернувшись в октябре 1958 года в университет и попав в шахматные сферы, я столкнулся впервые с вопиющей несправедливостью этих кругов. Результатом этого явилось то, что я впервые для себя решил, что никогда не буду шахматным профессионалом, а буду заниматься геохимией. События следующего года только укрепили это мое решение, и осенью того же года я стал впервые подумывать о работе в Сибири, в Новосибирске.

Зимой 1960 года благодаря усилиям А.К.Черненко, который в то время был ученым секретарем АН СССР по физико-математическим наукам и одновременно одним из сильнейших шахматистов Новосибирска, в Москве состоялась моя встреча с профессором Л.В.Таусоном, на которой я изложил свое желание работать в Институте геологии и геофизики СО АН СССР. Лев Владимирович основательно расспрашивал меня о геохимических увлечениях и будущих пожеланиях и сказал, что рекомендует меня Ф.Н.Шахову, который организует мне персональную заявку в ИГиГ СО АН СССР на распределение.

Итак, 1 сентября 1960 года я прибыл в Новосибирск после более чем трехсуточной тряски на поезде. Через некоторое время состоялась моя первая встреча с Феликсом Николаевичем Шаховым, под руководством которого мне пришлось работать до его кончины в октябре 1971 года. Ф.Н.Шахов оказал на меня огромное влияние. Он был настоящим Профессором с большой буквы, знатоком рудных месторождений Сибири, долгие годы руководил различными кафедрами в вузах Томска, одним из наиболее ярких представителей томской геологической школы. Многие геологи Сибири считали и считают себя его учениками. Отмечу, что в статье одного из создателей геохимии академика А.Е.Ферсмана Ф.Н.Шахов также упоминается как один из первых геохимиков Сибири. Через некоторое время после первой встречи Ф.Н.Шахов посоветовал мне заниматься геохимией и геологией золота. И это направление на многие годы предопределило мои научные интересы. До настоящего времени все, что касается золота, входит в сферу моих научных интересов.

По своей распространенности в земной коре, или "кларку", как говорят геохимики, золото относится к числу наиболее редких элементов, хотя по своим химическим и геохимическим свойствам является типичным благородным металлом. Для определения золота в горных породах и минералах используются самые высокочувствительные и прецизионные аналитические методы и дорогостоящие приборы, которые имеются лишь в единичных аналитических лабораториях. Такие методы и приборы в то время отсутствовали в нашем институте, и поэтому их созданию и развитию мне вместе с коллегами (Ю.Г.Щербаковым и др.) пришлось уделять самое серьезное внимание. Нам успешно удалось преодолеть многие трудности и решить ряд серьезных научных проблем в этой области. И поэтому не случайно в одной из первых фундаментальных монографий по геохимии золота (R.W.Boyle, Geol. Survey of Canada, 1979) имеется много ссылок на работы сотрудников отдела геохимии ИГиГ СО АН СССР, руководимого Ф.Н.Шаховым, в том числе и ряд моих. Отмечу, что со стороны Ф.Н.Шахова оказывалась самая действенная помощь, и эти работы пользовались его неизменным вниманием. Теплая память о Феликсе Николаевиче неизменно сохраняется в моем сердце.

Значительное влияние на меня оказало длительное и неформальное общение с академиком В.С.Соболевым, который приехал на работу в институт практически со дня его основания. Это был потрясающе разносторонний ученый. В сферу его интересов входили самые разнообразные вопросы геологии. Он первым теоретически предсказал существование на Сибирской платформе месторождений алмазов, которые через несколько лет были открыты в Якутии. Но мне кажется, что наиболее сильной его стороной были теоретически важные проблемы геологии, минералогии, петрологии и геохимии. Еще студентом меня поразила статья В.С.Соболева, О.С.Соболевой "Физико-химическая трактовка изоморфизма" (1948) своей поразительной ясностью и четкостью изложения одного из основных явлений в природе, законы которого являются определяющими в распределении многих редких и рассеянных элементов. А его книгой "Введение в минералогию силикатов" (1949), которую я штудировал при сдаче кандидатского экзамена по геохимии, я восхищаюсь до настоящего времени. Остается только выразить сожаление, что эта книга, уже давно ставшая библиографической редкостью, еще не переиздана *. Лучшего пособия для студентов трудно себе представить. Остается только еще раз выразить свою признательность Владимиру Степановичу, который при всей своей большой занятости согласился быть одним из трех официальных оппонентов моей кандидатской диссертации, хотя известно, что он соглашался оппонировать отнюдь не каждую докторскую диссертацию. Его прекрасный, изящный и всего лишь двухстраничный отзыв был своеобразной индульгенцией и практически обеспечил мне успешную защиту.

И, наконец, я бы хотел добрым словом отметить нашего первого директора - академика Андрея Алексеевича Трофимука, которого я всегда вспоминаю с большой благодарностью и теплотой. Он был государственным деятелем крупного масштаба. При внешней суровости он всегда слушал собеседника очень внимательно, иногда говорил только: "Напишите это кратко на бумаге", - и вопрос о приобретении того или иного нового, зачастую дорогостоящего прибора был практически решен.

В заключение я бы хотел подчеркнуть, что в Институте геологии и геофизики СО АН СССР, а затем и его правоприемнике - Объединенном институте геологии, геофизике и минералогии СО РАН - выпускники геологического факультета МГУ, общее число которых превысило шестьдесят человек, внесли серьезный вклад в развитие самых разных направлений Наук о Земле, в том числе и геохимии.

    О ГЕОХИМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ
    В СИБИРСКОМ ОТДЕЛЕНИИ АКАДЕМИИ НАУК

Уже в 1958 году, будучи студентом на кафедре геохимии геологического факультета МГУ, я задумывался о работе в Институте геологии и геофизики СО АН СССР в лаборатории геохимии редких элементов, возглавляемой членом-корреспондентом АН СССР Феликсом Николаевичем Шаховым. Он предложил мне заняться геохимией золота. Феликс Николаевич был известным знатоком многих золоторудных и других рудных месторождений Сибири, но одно дело - месторождения золота, а другое - рассеянное в породах фоновое или кларковое золото. Оценки среднего содержания золота в земной коре или его кларка составляют очень малую величину на уровне (3-5).10-7% или 3-5 мг/т. Соответственно, для определения таких низких содержаний золота требовались очень чувствительные аналитические методы и в первую очередь, как было известно из зарубежной геохимической литературы, - радиохимический нейтронно-активационный анализ. Естественно, что в то время такого метода анализа не было не только в Новосибирске, но и в ведущем геохимическом институте страны (ГЕОХИ, Москва). Он только начинал развиваться в лаборатории аналитической химии, возглавляемой академиком И.П.Алимариным. Разработкой методики определения золота занимался его аспирант Г.А.Пережогин, с которым я впоследствии тесно и плодотворно сотрудничал долгие годы. На мой очевидный вопрос Феликсу Николаевичу: "Как можно заниматься геохимией золота, не имея метода его определения?" - получил вначале ответ: "А вы попробуйте!" Однако через несколько дней Ф.Н.Шахов вызвал меня к себе и спросил прямо и без всяких обиняков: "Что нужно для развития метода радиохимического нейтронно-активационного анализа у нас в лаборатории?" Вскоре я представил ему программу по внедрению этого метода в нашей лаборатории. Благодаря Ф.Н.Шахову развитию метода была предоставлена "зеленая улица" и постоянная поддержка. Надо сказать, что понимание необходимости создания и развития новых современных методов и методик определения благородных, редких, рассеянных и радиоактивных элементов было важной отличительной чертой этого выдающегося ученого. Он не раз с удовольствием говорил мне и другим сотрудникам лаборатории, что своими руками выполнил довольно значительное число силикатных анализов горных пород и минералов.

Неслучайно сотрудники лаборатории Ф.Н.Шахова, в том числе и выпускники МГУ, внесли серьезный вклад в развитие одного из основных разделов геохимии - аналитической геохимии, ведущая роль которой в современных геохимических исследованиях признается многими авторитетными учеными, в том числе заведующим кафедрой геохимии МГУ академиком В.А.Жариковым и профессором А.А.Ярошевским. Под аналитической геохимией нами понимается "раздел геохимии и аналитики, изучающий распространенность и распределение химических элементов и их изотопов, а также форм их нахождения в природных и техногенных системах на основе комплекса аналитических методов и специально разработанных аналитических методик с учетом геологических и физико-химических факторов".

Вполне естественно, что первая в стране лаборатория аналитической геохимии была создана в Институте геологии и геофизики СО АН СССР в 1987 году, а первый курс аналитической геохимии я начал читать студентам-геохимикам геолого-геофизического факультета Новосибирского госуниверситета в начале 1980-х годов.

Выпускники МГУ внесли значительный вклад в исследование геохимии многих химических элементов. Г.Н.Аношин - геохимия золота, серебра, платиновых металлов, ртути и других тяжелых токсичных металлов, а также редкоземельных элементов; Ф.В.Сухоруков - геохимия бора, тяжелых токсичных металлов, а также радиоактивных элементов; В.М.Цибульчик - геохимия титана, тантала и ниобия; И.Н.Маликова - геохимия тяжелых токсичных металлов, радиоактивных элементов.

С развитием методов аналитической геохимии тесно связано развитие другого направления современной геохимии - экологической геохимии, которое ориентировано на решение актуальных проблем сохранения и защиты окружающей среды.

 

Это направление связано с другими геохимическими разделами, такими как биогеохимия, геохимия окружающей среды, геохимия техногенеза, геохимическая экология. Во всех указанных направлениях и разделах современной геохимии самое серьезное внимание уделяется процессам миграции и накоплению на геохимических барьерах многих токсичных элементов. Серьезный вклад в это направление также сделали выпускники МГУ: в "ртутную проблему" в связи с экологической экспертизой проекта Катунской ГЭС на Алтае, а также в выяснение глобальных, региональных и локальных циклов миграции ртути для Сибири - Г.Н.Аношин; в исследование циклов миграции ртути - И.Н.Маликова; в исследование миграции ряда тяжелых металлов, а также природных и техногенных радиоизотопов - Ф.В.Сухоруков. С 1984 года он возглавил лабораторию геохимии редких элементов, которая с начала 1990-х годов стала называться лабораторией геохимии редких элементов и экогеохимии, подчеркивая приоритетный характер эколого-геохимических исследований.

Читая один из первых курсов геохимии студентам знаменитого французского университета Сорбонны, наш выдающийся соотечественник академик В.И.Вернадский в начале двадцатых годов прошлого века назвал геохимию "наукой ХХ века". Последующее бурное развитие геохимии полностью подтвердило справедливость этих слов. Более того, многие теоретические проблемы геохимии, связанные с распространенностью и миграцией многих токсичных элементов в результате интенсивной антропогенной деятельности и вытекающим отсюда интенсивным загрязнением основных компонентов окружающей среды сделали эти проблемы важными для обеспечения нормальной жизнедеятельности человека. Пониманию важности современных геохимических проблем способствовало, несомненно, всеобщее распространение геохимических и биогеохимических идей В.И.Вернадского о биосфере и ноосфере. Сейчас эти термины не сходят со страниц газет и журналов, а также с экранов телевизоров. Экогеохимия стала еще более востребована на фоне масштабных природных и техногенных катастроф последних десятилетий. И очень важно, что работая в Сибирском отделении выпускники-геохимики МГУ внесли в решение этих проблем существенную лепту.


*В 2007 г. в «Академическом издательстве "Гео"» подготовлено юбилейное издание этой книги.

 
 СО РАН 
  
 
Аношин Г.Н. Геохимия, аналитика, шахматы // Выпускники МГУ в Новосибирском научном центре СО РАН. 1957-2007. - Новосибирск: Гео, 2007. - С.119-124.
 
Назад ОГЛАВЛЕНИЕ Продолжение
 

[О библиотеке | Академгородок | Новости | Выставки | Ресурсы | Библиография | Партнеры | ИнфоЛоция | Поиск | English]
  Пожелания и письма: www@prometeus.nsc.ru
© 1997-2019 Отделение ГПНТБ СО РАН (Новосибирск)
Статистика доступов: архив | текущая статистика
 

Отредактировано: Wed Feb 27 14:34:48 2019 (43,712 bytes)
Посещение 3937 с 04.05.2009