Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН. 1957-2007 - Башарин А.К. Мой путь - от старшины крейсера "Александр Невский" до профессора НГУ (стр.128-130)
 Навигация
 
Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН
Десант романтиковВОСПОМИНАНИЯ 
 

А.К. Башарин
МОЙ ПУТЬ - ОТ СТАРШИНЫ КРЕЙСЕРА
«АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ» ДО ПРОФЕССОРА НГУ

Мой отец, Башарин Константин Галактионович, 1906 года рождения, погиб в Великой Отечественной войне 4 апреля 1942 года в последних эпизодах Московской битвы под Калининым, о чем поведала нам "похоронка", полученная в июле месяце этого же года. Моя мать, Башарина (Смирнова) Мария Ивановна, 1906 года рождения, прожила трудовую жизнь и скончалась в 1992 году в деревне Нефедово.В семье нас было семь детей: шесть братьев и одна сестра. Я - старший среди них. Сечас в живых остались только брат Николай, проживающий в г. Ангарске Иркутской области, и сестра Валентина, живущая на родине родителей.

С началом войны и уходом отца на фронт мне пришлось оставить учебу в пятом классе и пойти работать. С начала 1942 года до марта 1947 года работал в колхозе им. М.Горького на разных "деревенских" должностях: пахал, сеял, пас стадо и т. д., то есть снабжал Красную Армию продовольствием и фуражом. В 1947 году мне разрешили выйти из колхоза и поступить на работу слесарем-ремонтником ткацких станков на фабрику в пос. Новая Гольчиха. На ней я проработал до призыва в армию. На фабрике же я вступил в комсомол.

В 1949 году меня призвали в ряды Военно-Морского Флота СССР. Служить начал во Владивостоке, в "Школе оружия" на острове Русском. После ее окончания мне было присвоено звание старшины второй статьи. Осенью 1951 года я был переведен с Тихоокеанского флота на Балтийский, на строящийся на ленинградской верфи крейсер "Александр Невский", где и закончил службу. Этот корабль в середине 1953 года был переведен в состав Северного флота с базированием в Североморске. С этой морской базы я был демобилизован в августе 1954 года.

Еще работая в колхозе, я очень хотел учиться. Но семейное положение, военная и послевоенная обстановка в стране не позволяли осуществить это желание. Все эти годы я много читал и пытался "образоваться" самостоятельно. Пытался поступить в вечернюю школу, которые в конце сороковых годов начали открываться в крупных городах. Первая такая попытка была предпринята еще во Владивостоке. Тогда служащим срочной службы не разрешалось учится в каких-либо школах, но командование корабля пошло мне навстречу и, как классному специалисту, разрешило посещать вечернюю школу. Но... минный заградитель "Аргунь" почти непрерывно находился в море и заходил во Владивосток на считанные дни: обстановка не только не способствовала учебе, но даже противодействовала ей.

Более благоприятные условия для образования сложились в Ленинграде, в период достройки крейсера "Александр Невский". "Выпросив" у писаря фиктивную справку об окончании шести классов, чтобы поступить в вечернюю школу в седьмой класс, я написал письмо И.В.Сталину и в Политуправление флота с просьбой разрешить мне в виде исключения учиться в вечерней школе. Политуправление на имя командира корабля прислало "бумагу", в которой "старшине второй статьи срочной службы А.К.Башарину разрешается посещать школу рабочей молодежи, а политическому командованию корабля способствовать...". Фактически эта "бумага" и мне, и командованию корабля служила основанием беспрепятственно посещать школу в базах Балтийского, Северного флота до конца службы. В Североморске при Доме офицеров я окончил десятый класс с золотой медалью.

Учеба в десятом классе совпала с годом открытия нового здания университета на Ленинских горах, что укрепило мое горячее желание стать студентом этого прославленного вуза. И... сбылось: в 1954 году я был зачислен на геологический факультет Московского государственного университета.

Пять лет учебы в университете - это пять лет приобретения теоретических знаний, практических навыков, упоения студенческим бытом, спортом и неуемной общественной работой. Если пять лет службы в Военно-Морском Флоте СССР сделали меня в полном смысле гражданином, взрослым мужчиной, вооружили первичным опытом жизни, то пять лет учебы в МГУ подготовили меня как геолога-профессионала. Я отдаю дань глубокого уважения и признательности всему коллективу преподавателей - от профессора, декана до лаборантки и рядового преподавателя. Не могу забыть атмосферу доброжелательности и внимания, которая царила повсеместно: в студенческих научных кружках, на кафедрах, на факультете в целом. И, несомненно, учеба в МГУ способствовала становлению меня не только как профессионала, но и как личности, способной к творчеству. Глубочайшее спасибо за это альма матер.

 

По окончании университета член-корреспондент АН СССР Ю.А.Косыгин пригласил меня в лабораторию геотектоники Института геологии и геофизики СО АН СССР. Моя творческая деятельность была направлена на решение проблем региональной геологии, геотектоники и геодинамики докембрия. В первые годы главным объектом моего исследования были тектоника Юдомо-Майского прогиба и восточной части Алданского щита. Позднее были включены Монголо-Охотский складчатый пояс и Дальний Восток. Одновременно с этой темой весь состав лаборатории работал над созданием толкового словаря по тектонической терминологии. Эта работа подняла на значительный уровень геологические знания, расширила научный кругозор и определила профессионализм всех без исключения сотрудников лаборатории. В окончательном виде "Справочник по тектонической терминологии" вышел из печати в 1970 году. Сейчас он стал раритетом и продолжает пользоваться большим спросом.

Примерно в середине 60-х годов в лаборатории геотектоники была поставлена новая глобальная задача - построить "Карту тектоники докембрия континентов". Я был утвержден ответственным исполнителем построения карты для Северо-Американского материка и Гренландии, где докембрий был развит наиболее широко и хорошо и детально изучен. В ходе работ мне пришлось основательно изучить геологию докембрия Австралии, Индии, Африки, несколько слабее - Южной Америки. Очень мало в то время было материалов по геологии Антарктиды.

Освоение, обработка и осмысление имеющейся мировой разноплановой геологической информации растянулись более чем на десятилетие. Окончательная редакция "Карты..." сложилась только к началу 70-х годов. В 1974 году "Карта..." и краткая объяснительная записка к ней были опубликованы. Подведение итогов этого трудоемкого исследования осуществилось во второй половине 70-х годов публикацией многотомной монографии "Докембрий континентов", вышедшей из печати в 1976-1978 годах. Для меня же эта тема не закончена до сих пор. Работая последнее время в Институте нефтегазовой геологии и геофизики, я продолжаю следить, хотя и с "углеводородным" уклоном, за публикациями по геологии докембрия материков. Мечтой пока остается написание монографии по "Эволюции геологии материков" и краткого курса по "Исторической геологии" для вузов.

 
 СО РАН 
  
 
Башарин А.К. Мой путь - от старшины крейсера "Александр Невский" до профессора НГУ // Выпускники МГУ в Новосибирском научном центре СО РАН. 1957-2007. - Новосибирск: Гео, 2007. - С.128-130.
 
Назад ОГЛАВЛЕНИЕ Продолжение
 
[О библиотеке | Академгородок | Новости | Выставки | Ресурсы | Библиография | Партнеры | ИнфоЛоция | Поиск | English]
  Пожелания и письма: www@prometeus.nsc.ru
© 1997-2018 Отделение ГПНТБ СО РАН (Новосибирск)
Статистика доступов: архив | текущая статистика
 

Отредактировано: Thu Apr 5 16:46:44 2018 (13,014 bytes)
Посещение 2834 с 04.05.2009