Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН. 1957-2007 - Кузнецова З.М. Московский университет - моя главная победа и вершина (стр.161-163)
 Навигация
 
Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН
Десант романтиковВОСПОМИНАНИЯ 
 
 З.М.Кузнецова

З.М. Кузнецова
МОСКОВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ -
МОЯ ГЛАВНАЯ ПОБЕДА И ВЕРШИНА

Я приехала поступать в МГУ из далекой алтайской деревни, почти у железнодорожного тупика, приехала совершенно одна, нигде, кроме двух соседних деревень, до этого не бывала. Медали у меня не было, поступала на общих основаниях.

На первый экзамен - сочинение пришла совершенно опустошенной. Я смертельно устала за дорогу (в Омске долго ждали отправления поезда, потом ехали до Москвы в неспальном вагоне), в Москве мне не понравилось. По Стромынке, не смолкая, гремели трамваи, мой чемодан, отправленный малой скоростью, прибыл на другой вокзал, я его еле разыскала. В общем, я уже начала жалеть, что сюда приехала, а там еще где-то далекодалеко осталась и моя первая любовь. На меня напала страшная тоска! Вот в таком "боевом" настрое я пришла поступать в четвертую свою школу, в МГУ. Сочинение писали в Большом химическом практикуме. Я села на стул и просто сидела. Какой-то парень, рядом со мной, видя, что я в прострации, чтобы вывести меня из нее, тихим, сдавленным голосом начал меня ругать: "Ты что...? Зачем ты сюда приехала? Сейчас же бери ручку и пиши!" Спасибо ему за это. Кое-как написала что-то по В.В.Маяковскому. Писала я грамотно и двойки не должно было быть, но раскрытие темы - об этом не могло быть и речи. В двоечниках меня, действительно, не было, а после следующего экзамена, по письменной математике, я уже подняла голову. Была очень большая работа, я не успела записать решение только одной задачи, но ход решения показала. После этого экзамена висел огромный список двоечников, а в нашей перенаселенной комнате остались только мы с Ирой Борисенко, которая была моим спасением от тоски и одиночества. Она только числилась в нашей комнате, но жила в Москве у родственников, а к нам приезжала, чтобы подкормить нас и внести живую струю в нашу жизнь.

На устных экзаменах (по которым у меня были все пятерки) я вообще получала от преподавателей комплименты: мне говорили, что у меня хорошие знания, удивлялись, когда узнавали, где я их получила, говорили, что со мной интересно беседовать. Так получилось и на последнем экзамене, по устной литературе, когда преподаватель после моего ответа сказала: "Вы так интересно рассказываете, а ваше сочинение написано как будто другим человеком". Когда к своему ответу я добавила еще рассказ о том, как и почему я его так написала, она сказала, что с легкой душой исправляет тройку на четверку, что и сделала на моих глазах. Она поступила совершенно правильно, ведь для естественников литература - не профилирующий предмет, а по ним в моем экзаменационном листе только по математике была четверка, и то возле нее в скобочках стоял плюс.

Но до зачисления было еще далеко. У нас было по 28 баллов, а с 28 и с 29 баллами брали только мальчиков. И вот я принимаю решение - пишем письмо К.Ворошилову (зря что ли учили - "Климу Ворошилову письмо я написал"). Ира сказала, что она знает, где секретариат Президиума Верховного Совета, и сама отнесет письмо. Писала я, а Ира корректировала; дословно, конечно, не помню, но главное - писали, что мы приехали, одна с Камчатки, другая с Алтая, одна дочь директора завода (или главного инженера, не помню), другая дочь колхозника, прошедшего всю войну, мы хорошо сдали экзамены и хотим учиться. Точно одно - письмо не было просительным, скорее всего, заканчивали патриотическим пафосом, что, дескать, хотим учиться и приносить пользу Родине.

Наконец, нас зачислили, даже тех, кто не писал письма К.Ворошилову. Это был первый большой набор в новое здание университета на Ленинских горах. Вот так я поступила в Московский университет.

Не боясь быть нескромной, должна сказать - я горжусь результатами своих вступительных экзаменов. Я приехала в Москву из далекой полуграмотной алтайской деревни и ни в чем не уступила, а даже опередила тех, кто учился в крупных городах, столицах республик и в Москве. Конкурс был около десяти человек на место. Результаты моих экзаменов - это законная гордость школ и учителей, у которых я училась. Мой низкий поклон им всем - и бастанским, и николаевским, и михайловским. Моя самая любимая школа - николаевская, там я просто была влюблена во многих учителей. Может быть, это еще и оттого, что там были учителямужчины, бывшие фронтовики, некоторые с ранениями. Они и нас, должно быть, любили, как жизнь, к которой им посчастливилось вернуться. Все они были, как на подбор, красивые, ходили в военной одежде, а мы, хоть и хулиганили, очень уважали их и любили. Максим Павлович, учитель математики, и Леонид Петрович, учитель физики, заложили те основы, которые помогли мне штурмовать мою вершину. А Максим Павлович, кроме того, был руководителем театрального кружка, в котором я участвовала; выступали со сцены местного клуба, ставили спектакли, читали стихи. Это, конечно же, способствовало владению собой, словом и общему развитию. В университете я тоже думала ходить в театральную студию. Мы, несколько человек, пошли на первое собрание, которое вел Юрий Завадский. Народу было - тьма, казалось, даже на потолке висят. Больше мы уже не пошли, испугались - этого конкурса нам уже не выдержать, тем более что учебная нагрузка была очень серьезной.

Пять лет жизни и учебы в МГУ на Ленинских горах - это не только преодоление всех студенческих тягот (у естественников на первых курсах программа, что называется, "на выживание". Бывали дни, когда на факультет уходили к девяти утра, а возвращались в десять вечера, и нужно было еще готовиться к следующему дню). Главное - личностное самоуважение оттого, что ты живешь в таком общежитии, что слушаешь лекции известных ученых и в таких аудиториях, что работаешь в таких лабораториях, что ходишь в такие библиотеки.

Лекции нам читали - Президент Академии наук академик А.Н.Несмеянов, академики В.И.Спицын, П.А.Ребиндер, С.И.Вольфкович, члены-корреспонденты Я.И.Герасимов, И.П.Алимарин, профессора и доценты. Самые любимые лекторы - профессора Л.А.Тумаркин, Ю.К.Юрьев и молодой профессор-красавец О.А.Реутов. Всех преподавателей-наставников перечислить невозможно, всем им - низкий поклон. В нашей группе была очень хорошая преподавательница английского языка Е.Н.Снесарева. Когда после университета мы пришли в аспирантуру, нам сказали, что кандидатский экзамен по английскому языку мы можем сдавать сразу, такая хорошая у нас подготовка. В целом атмосфера факультета была очень доброжелательной, как и общежития нашей зоны "Ж".

Убеждена, что высокие и красивые здания очень необходимы, поскольку благотворно влияют на формирование достойного личностного самосознания. Проход по главному зданию у меня всегда вызывал какое-то трепетное чувство красоты и свободы. А как мудро была продумана внутренняя радиосеть в общежитии, какая звучала прекрасная классическая музыка. Там я впервые услышала болеро Равеля, сразу покорившее меня и ставшее впоследствии одним из самых любимейших произведений.

С этими чувствами я прожила все пять лет, хотя на первых курсах впадала в неверие в свои силы, было тяжело физически и материально, нагрузка большая, а средств - одна стипендия. Меня по-прежнему опекала Ира Борисенко, добрая и щедрая душа. Мы много лет жили с ней в одном блоке. Я довольно скоро поняла, что наука, по большому счету, - не женское дело. Если ею заниматься серьезно, надо отдавать все свои силы и время. А как же женское предназначение, дети, семья, дом - что является главным смыслом жизни любой женщины? Аналитическая химия была, конечно, самым правильным выбором приложения моих сил и возможностей. Я очень благодарна руководителю моей дипломной работы Татьяне Николаевне Жолондковской - спокойной, мягкой и доброй женщине; на дипломную работу выпало очень непростое время в моей жизни.

 

Работа в Институте неорганической химии Сибирского отделения АН СССР, куда я пришла в сентябре 1959 года, была посвящена физико-химическому исследованию оксидов и фтористых соединений молибдена, вольфрама и урана в тройных водных и безводных системах, что было связано, прежде всего, с выполнением различного рода классических анализов. Работу начинали, как говорится, на пустом месте. Все приходилось осваивать самим - от владения гаечными ключами до схем установок и паяльной горелки, не говоря уже о пишущей машинке. Поэтому диссертации, в отличие от однокурсников в Москве, защищались после восьми-десяти лет работы. Руководили нами в основном не так давно защитившиеся кандидаты наук, которые вместе с нами старались в конце концов определиться с главными научными направлениями института. Наши парни, теперь уже почти все доктора наук, могут гордиться тем, что сейчас студенты приходят в лаборатории, где уже есть традиции и научные заделы. Диссертации они теперь защищают в течение трех-пяти лет после окончания НГУ.

Впоследствии я практическую химию оставила и перешла на научно-организационную работу, отвечала за подготовку аспирантов и молодых специалистов, но связь с лабораторией никогда не теряла и до сих пор с удовольствием наблюдаю за умненькими юношами и девушками, которые приходят в науку; это всегда такая радость.

Все мои мысли всегда были прежде всего о семье. Моим мужем стал самый талантливый из наших парней, но и самый неистовый во всех своих жизненных ипостасях, в том числе в чувстве коллективизма, без меры и границ. Я же никогда не разделяла "колхозной" жизни. Семейная жизнь, к сожалению, не состоялась. Дочь закончила НЭТИ, рано вышла замуж. Жили все вместе, дорогую внучку растили общими усилиями, она закончила университет в Калифорнии, там же вышла замуж, и теперь я жду татаро-монголо-русско-греко-украинско-тевтонско-американских правнуков (!!!).

Самый низкий поклон и безмерная благодарность - Московскому университету. Всех, кто едет в Москву в командировку, всегда прошу поклониться Михаилу Васильевичу. В последний раз была у факультета в 2000 году. Я возвращалась из Америки и хотя еле держалась на ногах после перелета, поехала к университету. Впечатление осталось грустное: фонтаны еще не работали и были замусорены, как и дорожки; хотела присесть у памятника М.В.Ломоносову, но поблизости оказались два на вид приличных мальчика, должно быть, студенты, но они так сквернословили, что я поскорее ушла. Хотелось бы, чтобы теперешнее и последующие поколения были достойны такого храма, как Московский университет.

 
 СО РАН 
  
 
Кузнецова З.М. Московский университет - моя главная победа и вершина // Выпускники МГУ в Новосибирском научном центре СО РАН. 1957-2007. - Новосибирск: Гео, 2007. - С.161-163.
 
Назад ОГЛАВЛЕНИЕ Продолжение
 
[О библиотеке | Академгородок | Новости | Выставки | Ресурсы | Библиография | Партнеры | ИнфоЛоция | Поиск | English]
  Пожелания и письма: www@prometeus.nsc.ru
© 1997-2018 Отделение ГПНТБ СО РАН (Новосибирск)
Статистика доступов: архив | текущая статистика
 

Отредактировано: Thu Apr 5 16:46:38 2018 (16,677 bytes)
Посещение 2870 с 04.05.2009