Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН. 1957-2007 - Барков Л.М. Секретность была на высоком уровне (стр.22-23)
 Навигация
 
Выпускники МГУ в ННЦ СО РАН
Они учились на МоховойВОСПОМИНАНИЯ 
 

Л.М. Барков
СЕКРЕТНОСТЬ БЫЛА НА ВЫСОКОМ УРОВНЕ

У меня не все было просто с поступлением на физико-технический факультет МГУ. Летом, после первого курса, я был направлен от Бауманского института на строительство сельской электростанции в Волоколамскую область. Мой школьный товарищ от себя и от моего имени подал заявление в университет на второй курс только что созданного нового факультета. Приехав со стройки, я узнал, что нужно срочно, без подготовки, сдавать экзамены. Дальше все прошло нормально, вопросы по физике задавали на сообразительность и довольно простые - и меня приняли.

 

Нас стали сразу обучать такие гиганты, как Ландау и Лившиц. Будкер тогда был простым преподавателем. Сразу со второго курса наша группа проходила практику в Курчатовском институте, который в то время назывался ЛАН-2 (Лаборатория Академии наук - 2). Занятия проходили в Долгопрудной, в строящемся будущем здании МФТИ, на тщательно охраняемой территории. В связи с учебной перегрузкой военного дела и физкультуры не было, по общественным наукам преподаватели относились к студентам доброжелательно. Один из профессоров по любому поводу говорил: "Метафизики бывают двух сортов...". Сдавать экзамены было несложно, но чтобы получить пятерку, требовалось посещать занятия. Володя Судаков учился только на пятерки, но занятия по общественным наукам не посещал, и для искомой отметки использовал классический прием. Он приходил на консультации перед экзаменом, и практически только он один задавал вопросы. И сам же на них отвечал, говоря: "Правильно ли я понимаю...?" И когда он приходил на экзамен, преподаватель ставил ему пятерку, практически не спрашивая. А вот Спартак Беляев был другого склада - тоже совершенно круглый отличник, он был труженик. По общественным наукам я обычно получал четверки, за исключением одной пятерки, которую честно заработал в конце обучения (правда, у отца моего одноклассника; как тесен мир, в котором мы живем!).

В 1952 году, когда мы заканчивали университет, то все время стоял вопрос - будем ли мы помимо диплома сдавать госэкзамен по общей физике, которую еще на втором курсе нам читал радиофизик профессор Рытов? Это был всеобъемлющий курс, куда входило все, чего не было в теоретическом курсе Ландау и Лифшица. Когда мы стали делать дипломные работы, нам объявили, что время обучения сокращается на полгода, благодаря чему отменили госэкзамен, но и на диплом оставили меньше времени. Почти все сидели до последнего дня, окруженные секретными бумагами, дописывая совершенно секретные дипломы. Мой диплом был в особой папке, содержал всего 8 или 9 страниц текста, а когда я защищался, один из членов ГЭК сказал, что он ничего не понял. Моя тема - спектры нейтронов деления какого-то изотопа были нужны для дела. Как стало ясно позднее, они были самыми точными в то время. Секретность на самом деле была на высоком уровне. Я не знал, чем занимаются мои товарищи в соседней комнате. Когда мы ходили в туалет, то не знали, что делать с секретными документами. Сдавать их не хотелось, а оставлять страшно даже запертыми в стол, так как работники первого отдела имели ключи от всех помещений и рыскали с проверками постоянно. Строгая тотальная секретность сохранялась до 1955 года, до встречи Н.С.Хрущева с Эйзенхауэром.

Была масса забавных историй, про которые можно рассказывать часами.

 
 СО РАН 
  
 
Барков Л.М. Секретность была на высоком уровне // Выпускники МГУ в Новосибирском научном центре СО РАН. 1957-2007. - Новосибирск: Гео, 2007. - С.22-23.
 
Назад ОГЛАВЛЕНИЕ Продолжение
 

[О библиотеке | Академгородок | Новости | Выставки | Ресурсы | Библиография | Партнеры | ИнфоЛоция | Поиск | English]
  Пожелания и письма: www@prometeus.nsc.ru
© 1997-2019 Отделение ГПНТБ СО РАН (Новосибирск)
Статистика доступов: архив | текущая статистика
 

Отредактировано: Wed Feb 27 14:34:46 2019 (12,283 bytes)
Посещение 1318 с 04.05.2009